Нарушение интеллектуальных прав судебная практика

Сегодня мы раскроем тему: "Нарушение интеллектуальных прав судебная практика", полностью описав проблематику и сделав выводы. Каждый вопрос индивидуален. Поэтому есть вероятность, что вы не найдете ответ. Поэтому с любым вопросом можно обратиться к дежурному специалисту.

Практика по спорам о защите интеллектуальных прав: тенденции 2015 года

Подходящий к концу 2015 год ознаменовался рядом нововведений в сфере интеллектуальной собственности – так, например, с 1 января вступили в силу положения ГК РФ, расширившие возможности безвозмездного использования произведений в том числе за счет так называемых «свободных» лицензий. Кроме того, с 1 мая заработали очередные «антипиратские» нормы, несколько изменившие порядок досудебного урегулирования споров между правообладателями и владельцами сайтов, позволившие бессрочно заблокировать сайт-нарушитель, а также расширившие перечень защищаемых объектов авторских прав.

Не остались в стороне и суды, которые рассмотрели в текущем году немало споров, связанных с защитой нарушенных интеллектуальных прав. Рассмотрим наиболее существенные позиции, наработанные практикой.

Практика по защите интеллектуальных прав в сфере IT

Вопросы защиты правообладателей, связанные с развитием современных информационных технологий, по наблюдению юристов, занимают в судебной практике все более значимое место. При этом руководитель практики интеллектуальной собственности Юридической фирмы «Клифф» Роман Баханец отмечает, что защита нарушенных интеллектуальных прав в IT-сфере делится на два основных блока: регулирование авторских и смежных прав в Интернете и доменные споры.

Вне зависимости от категории спора нарушение интересов правообладателя нужно доказать, и в этом плане 2015 год запомнился полезной для правообладателей тенденцией. В качестве подобного доказательства, подчеркивает Роман Баханец, суды стали принимать акты мониторинга Роскомнадзором сайтов-нарушителей (решение Московского городского суда от 24 марта 2015 г. № 3-92/15, решение Московского городского суда от 13 августа 2015 г. № 3-406/15). Такие акты ведомство составляет после того, как правообладатель уже добился решения суда о наложении предварительных обеспечительных мер в отношении сайта-нарушителя (ст. 15.2 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»).

Кроме того, текущий год дал правообладателям ориентиры в плане того, к кому именно следует обращаться с требованием о взыскании компенсации. Как показывает практика, нередко такие требования предъявляются к владельцам сайта или провайдерам хостинга, а не непосредственно к нарушителям (пользователям сайтов, незаконно размещающим в сети спорный контент), поскольку идентифицировать последних обычно нелегко. Но суды не допускают переложения на них ответственности с пользователя сайта.

Информационный посредник – лицо, осуществляющее передачу материала в Интернет или предоставляющее возможность размещения материала (либо информации, необходимой для его получения) или доступа к нему в сети (п. 1 ст. 1253.1 ГК РФ).

Провайдер хостинга – лицо, которое оказывает услуги по размещению информации или сайта на сервере, постоянно подключенном к Интернету.

По мнению Суда по интеллектуальным правам (далее – СИП), владелец сайта не может нести ответственность за наполнение иными лицами находящегося в открытом доступе сайта, поскольку в данном случае при соблюдении всех предъявляемых к нему требований признается только информационным посредником (Постановление СИП от 22 июня 2015 г. № С01-524/2015 по делу № А40-66554/2014).

Напомним, информационный посредник (например, провайдер хостинга) не несет ответственность за нарушение интеллектуальных прав при размещении контента, если он не знал и не должен был знать о том, что использование материала является неправомерным, и если в случае получения письменного заявления правообладателя о выявленном нарушении своевременно принял необходимые и достаточные меры для его прекращения (п. 3 ст. 1253.1 ГК РФ). По рекомендации СИП суды при рассмотрении дел о нарушении интеллектуальных прав провайдерами хостинга должны учитывать также следующие обстоятельства:

  • получал ли провайдер прибыль от деятельности, связанной с незаконным использованием исключительных прав других субъектов;
  • установлены ли ограничения объема размещаемой информации и ее доступности для неопределенного круга пользователей;
  • позволяют ли системы логирования активности пользователей установить конкретных пользователей, осуществивших противоправное размещение контента;
  • оперативно ли были приняты решения на основании жалоб третьих лиц;
  • прописаны ли в пользовательском соглашении обязанность пользователя соблюдать закон при размещении контента и безусловное право провайдера удалить незаконно размещенный контент;
  • есть ли у провайдера специальные эффективные программы, позволяющие предупредить, отследить или удалить размещенные контрафактные произведения;
  • действует ли на сайте специальная служба поддержки, которая принимает и обрабатывает претензии от третьих лиц в отношении пользовательского контента;
  • установлены ли провайдером специальные административные программы, позволяющие предотвратить загрузку контента, полностью идентичного удаленному по жалобе правообладателя;
  • предоставляет ли пользовательское соглашение провайдеру безусловное право удалить или заблокировать пользователя, размещающего противоправный контент и др. (Постановление СИП от 28 января 2015 г. № С01-1286/2014 по делу № А40-169281/2013, Постановление СИП от 24 апреля 2015 г. № С01-251/2015 по делу № А40-150342/2013).

Свое развитие приобрела в текущем году и защита судами добросовестных владельцев доменных имен путем борьбы с так называемыми «обратными захватами». Под ними понимается регистрация товарного знака, аналогичного уже «раскрученному» доменному имени, и подача иска против администратора доменного имени о нарушении прав на товарный знак с целью получения этого доменного имени в судебном порядке. Такой иск, подчеркнул СИП, может быть удовлетворен только при одновременном наличии следующих фактов:

  • спорное доменное имя идентично или сходно до степени смешения с товарным знаком истца, если при этом права на это доменное имя возникли у ответчика после регистрации прав истца на соответствующее средство индивидуализации;
  • у администратора доменного имени (ответчика) нет прав и законных интересов в отношении спорного доменного имени (к примеру, сайт с конкретным именем не задействован в осуществлении предпринимательской деятельности);
  • зарегистрированное спорное доменное имя используется администратором (ответчиком) недобросовестно, то есть с нарушением честных обычаев конкуренции в промышленных и торговых делах (Постановление СИП от 4 февраля 2015 г. № С01-1418/2014 по делу № А40-58425/2014, Постановление СИП от 5 марта 2015 г. № С01-57/2015 по делу № А53-3070/2014, Постановление СИП от 28 июля 2015 г. № С01-528/2015 по делу № А40-105018/2014).

Таким образом, если право на доменное имя возникло у ответчика до регистрации товарного знака, и он использует свои права на него добросовестно, домен владельцу товарного знака присужден не будет.

Несмотря на то, что за нынешний год судебная практика по защите интеллектуальных прав в сфере IT существенно прогрессировала, юристы считают, что есть еще ряд пробелов, которые должны быть в ближайшее время устранены.

Роман Баханец, руководитель практики интеллектуальной собственности Юридической фирмы «Клифф»:

«Остаются открытыми два вопроса, которые необходимо разрешить законодателю или разъяснить ВС РФ. Во-первых, в связи с тем, что суды стали все чаще принимать в качестве доказательств распечатки не заверенных нотариусом скриншотов страниц сайтов, нужно решить, насколько правомочно доказывать нарушение авторских и смежных прав при помощи таких распечаток [Кстати, в арбитражной практике уже давно встречаются дела, в рамках которых суды допускали такие доказательства (постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 26 февраля 2010 г. № КГ-А40/630-10). – Ред.]. Во-вторых, следует определить место доменного имени в иерархии объектов интеллектуальной собственности (на данный момент оно таковым не является)».

Читайте так же:  Заявление о взыскании дополнительных судебных расходов

Практика по защите авторских и смежных прав на персонажей произведения и фонограммы

ВС РФ в уходящем году сформировал важную позицию относительно незаконного использования нескольких персонажей одного произведения. При рассмотрении дел такого рода Суд рекомендует установить наличие признаков, которые позволяют считать каждого из действующих героев произведения самостоятельным результатом творческого труда (Определение ВС РФ от 11 июня 2015 г. № 309-ЭС14-7875 по делу № А50-21004/2013). Если такие признаки имеются – к примеру, персонажа можно использовать отдельно от произведения путем производства товаров с его изображением – суды, по мнению ВС РФ, должны признать право истца на взыскание компенсации за каждого персонажа произведения, а не за само произведение в целом.

Еще один интересный вывод СИП, сделанный им в уходящем году, касался совместного исполнения и изготовления фонограмм. Суд указал, что это не влечет за собой возникновение субъективного права на такое произведение у каждого исполнителя или изготовителя фонограммы. Напротив, у них возникает единое исключительное право на объект смежных прав (Постановление СИП от 20 января 2015 г. № С01-1295/2014 по делу № А40-213/2014, Постановление СИП от 27 февраля 2015 г. № С01-167/2013 по делу № А40-116203/2012). Иными словами, нарушение этого исключительного права следует рассматривать как один случай нарушения, а не несколько. Соответственно, не допускается и увеличение размера компенсации на том основании, что права авторов были нарушены неоднократно.

Отдельно стоит упомянуть о позиции ВС РФ, согласно которой собственники бизнеса не вправе развлекать своих клиентов с помощью радио при отсутствии лицензионного договора с правообладателем той или иной песни, попавшей в эфир (Обзор судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утв. Президиумом ВС РФ 23 сентября 2015 г.). Этот вывод суда распространяется на владельцев всех объектов торговли и услуг – от торговых центров и салонов красоты до ресторанов и автозаправок.

Практика по защите прав на товарный знак

В 2015 году суды конкретизировали признаки добросовестности и злоупотребления правами в отношении средств индивидуализации.

Недобросовестным, к примеру, признается поведение владельца товарного знака, который не использует его сам (например, не производит и не вводит в оборот соответствующие товары) и запрещает делать это третьим лицам. Такие действия не подлежат судебной защите (Определение ВС РФ от 23 июля 2015 г. № 310-ЭС15-2555 по делу № А08-8802/2013). Как пояснил Суд, у истца, не приложившего усилий для использования принадлежащего ему обозначения, отсутствует нарушенное право. В связи с этим попытка получить в суде защиту данного средства индивидуализации является злоупотреблением. Этот вывод распространяется даже на те случаи, когда товарные знаки истца и ответчика тождественны или сходны между собой до степени смешения.

В своем Определении ВС РФ также уточнил, что при определении добросовестности правообладателя судам помимо установления факта использования товарного знака следует также учитывать:

  • цель регистрации товарного знака;
  • реальное намерение правообладателя его использовать;
  • причины его неиспользования.

Еще один немаловажный вывод СИП сделал в отношении учета количества единиц контрафактного товара в том случае, когда истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации в твердом размере (подп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ). Суд указал, что даже одной единицы товара, маркированного чужим товарным знаком достаточно для того, чтобы считать факт нарушения доказанным. При этом если истец требует взыскать компенсацию в твердом размере, действия продавца контрафактного товара следует квалифицировать как совершение одного правонарушения вне зависимости от количества единиц товара. Однако количество единиц товара может свидетельствовать об объеме правонарушения и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации (Постановление СИП от 16 февраля 2015 г. № С01-1441/2014 по делу № А32-3419/2014).

Очевидно, что развитие законодательства в сфере интеллектуальной собственности находит отражение в позиции судов, которые не только применяют действующие нормы на практике, но и создают прецеденты в части, не урегулированной законом напрямую. Подход законодателя и судей дает все основания полагать, что развитие правоприменения в сфере защиты интеллектуальных прав продолжится и в грядущем году.

Источник: http://www.garant.ru/article/678251/

Компенсация за нарушение исключительных прав (ч. 1)

Содержание:

  1. Понятие специальной (альтернативной) компенсации
  2. Судебная практика
  3. Печальные последствия правоприменения
  4. Выводы

Понятие специальной (альтернативной) компенсации

Одним из видов ответственности за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации является специальная (альтернативная) компенсация, предусмотренная п. 3 ст. 1252 ГК РФ. Законодатель наделяет обладателя исключительных прав [1] , исключительные права которого нарушены, полномочием требовать от нарушителя выплаты данной компенсации вместо возмещения убытков. Иногда из-за этого в литературе нередко применяется термин «альтернативная компенсация».

Альтернативная компенсация — это «санкция за бездоговорное (в том числе недоговорное) гражданское правонарушение» [2] , как отмечается в комментарии к ч. 4 ГК РФ под редакцией А. Л. Маковского. При этом в п. 3 ст. 1252 ГК РФ отдельно указано, что обладатель исключительного права вправе требовать взыскания компенсации как за каждый случай неправомерное использования, так и за всё нарушение в целом. Особенность специальной компенсации в том, что для её взыскания не требуется доказывать размер причинённых убытков.

Достаточно лишь доказать сам факт наличия нарушения (в виде незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации) и наличие, собственно, исключительных прав (согласно правовой позиции, изложенной в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2006 N 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», применяющейся, в т.ч. к правам на средства индивидуализации):

В связи с этим при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований указанного «Закона» при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. При этом необходимо исходить из презумпции авторства, предусмотренной «статьей 9» Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах».

Таким образом, истцу не требуется доказывать неправомерность использования результата интеллектуальной деятельности ответчиком — наоборот, ответчик должен доказать соблюдение положений законодательства, т.е. правомерность использования результата интеллектуальной деятельности (или средства индивидуализации). Поскольку Постановление было вынесено до вступления в силу ч. 4 ГК РФ, то суд отсылает к действовавшему на тот момент закону. Следует отметить, что толкования, изложенные в этом Постановлении широко применяются и сейчас, в том числе, и арбитражными судами (например, см. Определения об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ по делам № А60-17207/2009, № А32-29617/2011). Также надлежит обратить внимание, что несмотря на название Постановления ВС РФ, указывающее на разъяснения в отношении законодательства об авторских и смежных правах, оно также применяется и в отношении товарных знаков. Примеры подобного применения можно найти в Постановлении ФАС Московского округа по делу № А41-456/12, Постановлении Суда по интеллектуальным правам по делу № А40-135701/2012 и многих других судебных актах. Указанная компенсация может определяться:

  1. в размере от 10000 руб. до 5000000 руб., определяемом судом исходя из конкретных обстоятельств дела;
  2. в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.
Читайте так же:  Документы разрешение ношения травматического оружия

В первом случае, о котором и пойдёт речь в настоящей статье, размер компенсации может варьироваться исходя из конкретных обстоятельств дела и усмотрения суда. В п. 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление 5/29) разъяснено, что:

размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Однако, законодателем установлен «фиксированный» нижний предел обозначенной компенсации — 10 тысяч рублей. Данное обстоятельство находит отражение в ст. 1301, 1311, 1515, 1537 ГК РФ, а также в упомянутом п. 43.3 Постановления 5/29. Из этого следует, что компенсацию ниже этой суммы суд просто не вправе взыскать. При этом следует обратиться к последнему абзацу п. 3 ст. 1252 ГК РФ, которая гласит:

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

При этом, исходя из данной нормы не совсем очевидно, что же имел в виду законодатель под «каждым случаем». Можно ли, например, считать, что 10 неправомерно распространённых фонограмм даже путём одного неправомерного действия (например, путём розничной реализации одного компакт-диска с 10 фонограммами) образуют 10 случаев неправомерного использования? И ответ был дан правоприменителями — судами.

Судебная практика

Судебная практика по защите исключительных прав даёт положительный ответ на этот вопрос. В качестве эталонного разрешения спора в отношении компенсации за нарушение исключительных прав на объекты авторских и смежных прав, хотелось бы отметить дело № А23-4426/09Г-20-238. По данному спору Президиум ВАС РФ вынес Постановление № 10521/10, которым изменил Постановление ФАС Центрального округа в части именно размера компенсации, указав, что:

При этом в конце указанного Постановления ВАС РФ особо отмечено, что такое толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел. Как усматривается из вышеизложенного, суд указал, что каждое музыкальное произведение и фонограмма на компакт-диске является отдельным случаем неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности и, следовательно, если истец требует взыскания за каждый случай неправомерного использования, то суд не вправе взыскать компенсацию менее 10 000 за каждый случай неправомерного использования, но не выше заявленного истцом требования. В отношении нарушения прав на товарные знаки аналогичное Постановление ВАС РФ № 9414/12 от 27 ноября 2012 г. по делу по делу № А13-8185/2011, отметив:

Однако, взыскивая компенсацию в предусмотренном статьями 1252 и 1515 Гражданского кодекса минимальном размере, суд апелляционной инстанции не учел, что каждый из десяти товарных знаков является самостоятельным объектом исключительных прав, подлежащих защите. Пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса установлено, что правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом. Компания требовала взыскания с предпринимателя компенсации за каждый случай неправомерного размещения им товарного знака. При этом размещение нескольких товарных знаков на одном материальном носителе в этом случае является нарушением исключительных прав на каждый товарный знак. В результате неправильного исчисления компенсации за незаконное использование принадлежащих истцу товарных знаков суды апелляционной и кассационной инстанций взыскали компенсацию за нарушение исключительных прав в размере ниже низшего предела, установленного пунктом 1 статьи 1515 Гражданского кодекса, что не согласуется с разъяснениями, содержащимися в пункте 43.3 постановления от 26.03.2009 № 5/29.

Вместе с тем существует также очень интересная (и полезная при противодействии злоупотреблениям правообладателей) практика снижения размера компенсации в случаях, когда количество контрафактных экземпляров существенно, а количество объектов интеллектуальных прав, права на которые нарушены, невелико. Так, по делу № А50-19637/2012 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд изменил решение АС Пермского края, снизив размер компенсации с 1100 000 рублей до 200 000 рублей, отметив, что при наличии на 55 (одинаковых) контрафактных бутылках 2 товарных знаков, за нарушение исключительных прав на которые, подлежит взысканию компенсация, взыскивать требуется исходя из того, что нарушены исключительные права на 2 товарных знака, следовательно, имеется 2 случая правонарушения, а не 110. Вот цитата из Постановления:

ответчиком допущены два нарушения при хранении и реализации 55 бутылок контрафактной продукции; факт использования товарных знаков, принадлежащих истцу, установлен однократно, то есть в данном случае имеются два правонарушения (в отношении двух товарных знаков, как объектов охраны исключительных прав). Нормы действующего законодательства не содержат указаний о необходимости умножения количества товарных знаков на количество материальных носителей для определения случаев неправомерного размещения товарного знака и присуждения компенсации, предусмотренной пп. 1 п .4 ст. 1515 ГК РФ за каждый определенный таким образом случай.

ФАС Уральского округа, рассматрев кассационную жалобу по данному делу, оставил Постановление 17 ААС без изменения, указав, что:

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что под каждым случаем использования товарного знака следует понимать случай введения в гражданский оборот единицы товара, маркированного товарным знаком или сходным с ним обозначением, подлежит отклонению. Суд апелляционной инстанции на основании вышеприведенных норм права правильно квалифицировал хранение 55 бутылок продукции с незаконным использованием товарных знаков «Зеленая марка» и «Главспирттрест» как единое нарушение исключительного права истца на каждый из них, независимо от количества маркированной продукции, на которых были размещены указанные товарные знаки, поскольку нормы действующего законодательства не содержат указаний о необходимости умножения количества товарных знаков на количество материальных носителей для определения случаев неправомерного размещения товарного знака и присуждения компенсации, предусмотренной пп.1 п.4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Автор данной статьи целиком и полностью разделяет выводы, изложенные в постановлениях 17 ААС и ФАС Уральского округа по вышеуказанному делу. Можно выразить робкую надежду на то, что пока законодатель не установит действительно справедливый механизм расчёта специальной компенсации, суды будут не просто применять закон, но и, прежде всего, руководствоваться принципами разумности, вынося подобные замечательные судебные акты.

Читайте так же:  Бюро судебно медицинской экспертизы екатерининский

Печальные последствия правоприменения

Выводы

Из вышеизложенного следует, что в рамках нынешнего законодательства специальная компенсация за нарушения исключительных прав — мощный инструмент воздействия на нарушителей. В рамках рассмотрения споров о привлечении к ответственности нарушителей требуется установить:

  • наличие у истца исключительных прав либо права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на основании исключительной лицензии
  • факт использования ответчиком результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации
  • правомерность либо неправомерность указанного использования, при этом презюмируется неправомерность использования

Законодателем и сложившейся судебной практикой в крайне невыгодное положение поставлены нарушители исключительных прав. В случае, если нарушены исключительные права на большое количество результатов интеллектуальной деятельности либо средств индивидуализации, и правообладатель заявляет требование о взыскании компенсации за каждый случай неправомерного использования, то минимальный размер компенсации будет равен произведению количества неправомерно использованных объектов на сумму компенсации в 10 тысяч рублей.

  1. ↑По смыслу ст. 1254 ГК РФ, обладатель исключительной лицензии также может защищать нарушенные третьими лицами права, предоставленные ему по лицензионному договору правообладателем. Также согласно п. 43.5 Постановления 5/29 такими полномочиями наделён «бывший правообладатель», обладавший исключительными правами на момент совершения правонарушения
  2. ↑Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации. Поглавный. Под ред. А.Л. Маковского. Статут, 2008

Источник: http://bardov.legal/st/kompensaciya-za-narushenie-isklyuchitelnyh-prav-1

Доказательства нарушения интеллектуальных прав: обзор арбитражной практики

Привет, Регфорум! В продолжение темы защиты интеллектуальной собственности в судебном порядке, остановимся на проблеме доказательств нарушения интеллектуальных прав.

Истец обязан доказать, на какие именно объекты нарушены его исключительные права

Общество с ограниченной ответственностью (далее — «Истец») обратилось к Обществу с ограниченной ответственностью (далее — «Ответчик») с исковым заявлением об обязании прекратить нарушение исключительных прав Истца и взысканию компенсации за данное нарушение. Как следует из обстоятельств дела, между Истцом и Ответчиком был заключен Договор, согласно условиям которого Истец обязался создать и обслуживать веб-сайт и конференц-комнаты. Истец заключил авторский договор с фотографом на создание фотографий, предусматривающий отчуждение исключительных прав. Далее Ответчиком было направлено Истцу уведомление о расторжении Договора на создание обслуживание веб-сайта и конференц-комнат. Затем Ответчиком были опубликованы фотографии в сети «Интернет», что по мнению Истца, нарушало его исключительные права на фотографии.

Судом первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Судом апелляционной инстанции данное Решение оставлено без изменения на основании того, что Истцом не было представлено фотографий, сделанных фотографом по Договору авторского заказа, правообладателем которых считал себя Истец. Следовательно, им не было представлено суду надлежащих доказательств о нарушении его исключительных прав на фотографии.

(Постановление Двенадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 17.06.2016 по делу № А12-57209/2015 — вложение № 1).

Видеозапись, не отражающая содержания товарного чека и место совершения покупки товара, не может считаться надлежащим доказательством нарушением исключительных прав

Компания-правообладатель (далее — «Истец») обратилась в Арбитражный суд с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю (далее — «Ответчик») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на персонаж произведения и товарные знаки. Согласно позиции Истца, Ответчиком незаконно осуществлялась торговля мягкими игрушками, изготовленных с подражанием персонажу. В качестве доказательств нарушения Ответчиком своих исключительных прав Истцом представлены диск с видеозаписью контрольной закупки товара и товарный чек.

Судом первой инстанции отказано в удовлетворении заявленных исковых требований.

Суд апелляционной инстанции согласился с данным Решением на основании того, что представленная Истцом видеозапись покупки игрушки не отражает содержание товарного чека и места совершения покупки, а товарный чек не дает возможности идентифицировать покупку. Соответственно, Истцом не было доказано факта нарушения его исключительных прав именно Ответчиком.

(Постановление Восемнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 22.06.2016 по делу № А07-25926/2015 — вложение № 2).

Диск с контрафактной продукцией является надлежащим доказательством нарушения права использования произведений

Закрытое акционерное общество (далее — «ЗАО», «Истец») обратилось в Арбитражный суд с исковым заявление к Индивидуальному предпринимателю (далее — «Ответчик») о взыскании компенсации за незаконное использование музыкального произведения. По мнению Истца, Ответчиком были нарушены его права путем реализации контрафактного компакт-диска, содержащего фонограммы музыкальных произведений популярного российского эстрадного исполнителя. В свою очередь, Ответчиком было подано встречное исковое заявление о признании недействительным договора между Истцом и правообладателем музыкальных произведений на их использование.

В соответствии с Решением суда первой инстанции, заявленные требования Истца удовлетворены частично, Ответчику в удовлетворении встречного иска отказано.

Видео (кликните для воспроизведения).

Суд апелляционной инстанции поддержал данное Решение в связи с тем, что ЗАО являлось надлежащим истцом по настоящему делу в силу заключенного сублицензионного договора с правообладателем музыкальных произведений. А представленный Истцом диск с контрафактной продукцией и товарный чек являются надлежащими доказательствами в соответствии с п. 6 Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности».

(Постановление Седьмого Арбитражного Апелляционного суда от 24.06.2016 по делу № А67-6484/2015 — вложение № 3).


Источник: http://regforum.ru/posts/2766_dokazatelstva_narusheniya_intellektualnyh_prav_obzor_arbitrazhnoy_praktiki/

Судебная практика защиты авторских прав

Привет, Регфорум! В связи с накоплением большого количества материала по защите интеллектуальной собственности я принял решение проанализировать акты судов общей юрисдикции и арбитражных судов, принятых в результате рассмотрения споров по защите интеллектуальных прав. В настоящей публикации речь пойдет о защите авторских прав.

В случае нарушении авторских прав фотографа компенсация рассчитывается за каждую фотографию и за каждый случай ее незаконного использования

Фотограф (далее — «Истец») обратился в суд с исковым заявлением к Закрытому акционерному обществу о взыскании компенсации за нарушение аторских прав. Исковые требования Истец мотивировал тем, что им по заданию Ответчика было сделано 37 фотографий. За выполненную работу Ответчик не заплатил Истцу вознаграждения, более того, разместил данные фотографии на своих официальных страницах в сети «Интернет» без указания автора. По мнению Истца, своими действиями Ответчик нарушил как его имущественные авторские права (права воспроизведение, доведения до всеобщего сведения), так и личные неимущественные права (право на имя).

Судом в удовлетворении исковых требований Истцу отказано.

Судом апелляционной инстанции Решение суда первой инстанции отменено на основании того, что:

  1. Судом первой инстанции был сделан неверный вывод о недоказанности факта изготовления фотографий Истцом из-за непредставления фотоаппарата, несмотря на то, что Истцом в качестве доказательства был предтавлен компакт-диск, содержащий оригинальные фотогоафические произведения и информацию об авторе.
  2. Судом первой инстанции сделан ошибочный вывод о недоказанности размещения фотографий, сделанных Истцом, на официальных сраницах Ответчика.
  3. Судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о том, что между Истцом и Ответчиком был заключен договор авторского заказа, в соответствии с условиями которого произошло отчуждение исключительных прав автора на произведение, несмотря на то, что данный договор не был подписан Истцом, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдения письменной формы договора отчуждения исключительных прав влечет его недействительность.
  4. Судом первой инстанции дана неверная оценка факту оплаты Ответчиком Истцу проезда и проживания в качестве вознаграждения за выполненную работу, так как данные платежи стоит рассматривать в качестве возмещения расходов, а не как вознаграждение за выполенную работу.
Читайте так же:  Безвозмездная аренда усн

Также апелляционном судом отмечено, что каждая фотогорафия является самостоятельным произведением, и компенсация рассчитывается за каждую фотографию и за каждый случай ее незаконного использования.

В итоге, судом апелляционой отменено Решение суда первой инстанции и вынесено новое решение об удовлетворении исковых требований Истца в части, взыскании с Ответчика компенсации за нарушение имущественных прав и компенсации морального вреда вреда за нарушение личных неимущественных прав автора, а также компенсации всех расходов, понесенных Истцом при рассмотрении настоящего дела.

(Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 02.03.2016 по делу № 33-176/16, см. вложение).

Нарушение исключительных авторских прав не влечет компенсации морального вреда, так как исключительные права не являются личными неимущественными правами

Автор книги (далее — «Истица») обратилась в суд к Обществу с ограниченной ответственностью (далее — «Ответчик», «Издательство») с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, а также компенсации морального вреда. По мнению Истицы, нарушение ее исключительных прав выражено в том, что Издательством была издана ее книга без ее разрешения.

Судом первой инстанции исковые требования удовлетворены в части взыскания компенсации за нарушения исключительных прав Истицы, с уменьшением заявленных требований, в компенсации морального вреда отказано.

Судом апелляционной инстанции заочное решение суда первой инстанции оставлено без изменения на основании того, что заявленный Истицей размер компенсации за нарушение исключительных прав является завышенным, а компенсация морального вреда за нарушение исключительных прав действующим законодательством не предусмотрено, так как данное право не относится к личным неимущественным правам, за нарушение которых предусмотрена компенсация морального вреда.

(Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда по делу № 33-1975/2016, см. во вложении).

Выполнение работ по редактированию произведения не порождает обязанности автора указывать редактора в качестве соавтора

Ш. (далее — «Истец») обратился в суд с исковым заявлением к автору книги (далее — «Ответчик») о признании соавторства, компенсации морального вреда за нарушение личных неимущественных прав, компенасции за нарушение исключительных авторских прав, половины дохода, полученного за использование литературного произведения. Как следовало из текста исковго заявления, Истец в соответствии с устной договоренностью с Ответчиком оказывал содействие в написании книги: задавал вопросы Ответчику, записывал диалоги, а затем перерабатывал получившийся материал в литературную форму. Однако после издания книги в качестве автора была указана только Ответчик, без указания Истца в качестве соавтора литературного произведения, а также Истцу не было выплачено вознаграждение в виде половины дохода от реализации книги.

Суд первой инстанции отказал Истцу в удовлетворении исковых требований.

Суд апелляционной инстанции поддержал данную позицию в силу того, что действующим законодательством не установлено возникновение авторства лица, осуществляющего редактирование произведения.

(Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда по делу № 33-9327/2016, см. вложение).

Источник: http://regforum.ru/posts/2738_intellektualnaya_sobstvennost_sudebnaya_praktika_za/

Ответственность, предусмотренная за нарушение интеллектуальных прав: обзор арбитражной практики

Здравствуйте! В завершение на данном этапе обзора судебных и арбитражных актов, вынесенных в результате рассмотрения споров по защите интеллектуальных прав, предлагаю вниманию статью, посвященную теме ответственности за нарушение интеллектуальных прав.

Суд вправе уменьшить заявленный Истцом размер компенсации за нарушение исключительных прав

Правообладатель товарного знака и персонажа произведения (далее — «Истец») обратился в Арбитражный суд с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю (далее — «Ответчик») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и персонаж произведения (далее — «Персонаж»). По мнению Истца, Ответчиком были допущены данные нарушения путем розничной продажи мягкой игрушки, изготовленной с подражанием персонажа, правообладателем которого является Истец.

Судом исковые требования удовлетворены частично, размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и персонаж уменьшен.

Не согласившись с данным Решением, Истец обжаловал его в апелляционном порядке, просил удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме.

Судом апелляционной инстанции не найдено оснований для изменения Решения в с связи с тем, что согласно п. 43.3. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» суд вправе уменьшить заявленные Истцом требования компенсации, но не ниже меньшего предела, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 10 000 рублей. При этом, «при определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения».

(Постановление Пятнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 18.06.2016 по делу № А53-3328/2016 — вложение № 1).

Отсутствие вины нарушителя не освобождает от обязанности нарушителя прекратить действия, нарушающие интеллектуальные права

Общество с ограниченной ответственностью (далее — «Истец») обратилось с иском к Индивидуальному предпринимателю (далее — «Ответчик») о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарные знаки, аудиовизуальное произведение и произведение изобразительного искусства. Согласно позиции Истца, Ответчик нарушал исключительные имущественные права ООО путем розничной продажи детского набора, на котором были изображены товарные знаки, правообладателем которых является Истец.

Судом заявленные исковые требования удовлетворены частично.

Ответчик посчитал данное Решение необоснованным на основании того, что, по его мнению, им не осуществлялось продажи спорного товара, вследствие чего отсутствует его вина в нарушении исключительных имущественных прав Истца.

Судом апелляционной инстанции Решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба Ответчика — без удовлетворения на основании того, что пунктом 23 Постановления Пленума Верховного суда и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» № 5/29 от 26.03.2009 отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

(Постановление Восемнадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 22.06.2016 по делу № А47-3971/2015 — вложение № 2).

Читайте так же:  Моральный вред причиненный несовершеннолетним

Распространение в эфир произведений без согласия правообладателей влечет взыскание компенсации

Общероссийская общественная организация (далее — «Истец») обратилось в Арбитражный с иском к Закрытому акционерному обществу (далее — «Ответчик», «ЗАО») о взыскании компенсации за сообщение в эфир иностранных музыкальных произведений без согласия правообладателей.

Судом первой инстанции заявленные требования Истца удовлетворены частично.

Ответчиком данное Решение обжаловано на основании того, что, по его мнению, Судом первой инстанции Истец был необоснованно освобожден от бремени доказывания фактов сообщения Ответчиком в эфир музыкальных произведений на основании вступивших в законную силу судебных актов по иному делу, несмотря на то, что Истец не являлся стороной по тому делу. Другим основанием для отмены Решения Ответчик посчитал отсутствие доказательств прав Истца на музыкальные произведения.

Суд апелляционной инстанции поддержал позицию Суда первой инстанции на том основании, что факты нарушения Ответчиком исключительных прав были зафиксированы вступившими в законную силу судебными актами, где ЗАО являлось стороной. Довод Ответчика о недоказанности доказательств прав Истца на музыкальные произведения Судом апелляционной инстанции не принят, так как Истцом были представлены выписки из системы IPI, содержащей информацию об охраняемых авторским правом произведениях и их авторах, а также правообладателях. Представление выписки из вышеуказанной системы организацией, осуществляющей коллективное управление авторскими правами, к которой относится и Истец, является надлежащим. Наконец, как следует из п. 21 Постановления Пленума Верховного суда и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» № 5/29 от 26.03.2009, организация. осуществляющая управление авторскими и смежными правами на коллективной основе, «вправе на основании пункта 5 статьи 1242 ГК РФ предъявлять требования в суде от имени правообладателей или от своего имени для защиты прав, управление которыми она осуществляет».

(Постановление Девятого Арбитражного Апелляционного суда от 23.06.2016 по делу № А40-171528/14 — вложение № 3).

Организация, осуществляющая коммерческое радиовещание, не несет солидарной ответственности за нарушение исключительных авторских прав владельцем здания, если условиями договора не предусмотрено иное

Общероссийская общественная организация (далее — «Истец») обратилась в Арбитражный суд к Обществам с ограниченной ответственностью (далее — «Ответчик 1» и «Ответчик 2» соответственно) с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведения. Как следовало из искового заявления, данные нарушения заключались в несанкционированном публичном исполнении музыкальных произведений в здании торгово-развлекательного комплекса (далее — «ТРК»), владельцем которого является Ответчик 1, а Ответчиком 2 на договорной основе оказывались услуги музыкального, информационного и рекламного коммерческого радиовещания на территории ТРК.

Судом отказано Истцу в удовлетворении заявленных требований в связи с тем, что в качестве доказательств публичного исполнения проивзведений на территории ТРК Истцом была представлена видеозапись, сделанная при помощи мобильного телефона, качество которой не позволяло установить достоверно источник звука.

Суд апелляционной инстанции не согласился с данной позицией. Постановлением Апелляционного суда Решение первой инстанции отменено, удовлетворены требования Истца к Ответчику 1, в удовлетворении требований к Ответчику 2 отказано.

Свой вердикт Суд апелляционной инстанции обосновал тем, что видеозапись, представленная Истцом в качестве доказательства, является непрерывной, осуществлялась на территории всего ТРК и, следовательно, является надлежащим доказательством.

Отказ в удовлетворении исковых требований к Ответчику Апелляционным судом аргументирован тем, что в Договоре на оказание услуг коммерческого радиовещания не предусматривалось наступление ответственности Ответчика за нарушение исключительных прав на произведения. Учитывая тот факт, что суду не было представлено доказательств распространения произведений Ответчиком 2, Ответственность несет Ответчик 1 как владелец здания ТРК.

(Постановление Девятого Арбитражного Апелляционного суда 23.06.2016 по делу № А40-94681/15 — вложение № 4).

Отказ аккредитованной организации от заключения лицензионного договора по форме, предложенной правообладателем, не является отказом от заключения лицензионного договора

Общество с ограниченной ответственностью (далее — «Истец») обратилось в Арбитражный суд с иском к Общероссийской общественной организации (далее — «Ответчик») о понуждении к заключению лицензионного договора на публичное исполнение произведений (далее — «Лицензионный договор»). Исковые требования мотивированы тем, что Ответчик, получив предложение Истца о заключении лицензионного договора, направил для подписания свой типовой проект лицензионного договора в редакции, не устраивающую Истца, а затем неоднократно отказался от заключения лицензионного договора в редакции Истца, настаивая на заключении лицензионного договора именно в своей редакции.

Решением Суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд апелляционной инстанции согласился с данным Решением на основании того, что Истцом не был направлен Ответчику протокол разногласий, являющийся обязательной процедурой при заключении договора в обязательном порядке. Другим основанием для отказа в удовлетворении исковых требований является тот факт, что Ответчик выразил несогласие только с формой проекта лицензионного договора, при этом выразив желание заключить договор в иной редакции, что не может расцениваться в качестве отказа от заключения лицензионного договора.

(Постановление Двенадцатого Арбитражного Апелляционного Суда от 28.06.2016 по делу № А12-3114/2016 — вложение № 5).

За нарушение исключительных прав на несколько средств результатов интеллектуальной деятельности суд не правомочен установить компенсацию в размере менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения

Общество с ограниченной ответственностью (далее — «Истец») обратилось в Арбитражный суд с иском к Индивидуальному предпринимателю (далее — «Ответчик 1») о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и за нарушение исключительных прав на персонажей анимационного произведения путем незаконной реализации куклы героя анимационного сериала в упаковке, содержащей изображения также других персонажей анимационного сериала. В ходе рассмотрения настоящего дела по ходатайству Истца в качестве соответчика привлечен еще один Индивидуальный предприниматель (далее — «Ответчик 2»), у которого Ответчиком 1 был приобретен контрафактный товар.

В соответствии с Решением суда, исковые требования удовлетворены частично.

Истцом данное Решение обжаловано в апелляционном порядке. Основанием для обжалования послужил чрезвычайно низкий, по мнению Истца, размер компенсации, взысканный Судом с Ответчика 2.

Ответчик 1 также остался неудовлетворен Решением, так как, согласно его позиции, в материалах дела отсутствовали доказательства реализации товара именно Ответчиком 1.

Судом апелляционной инстанции апелляционная жалоба Ответчика оставлена без удовлетворения в связи с ее необоснованностью.

Апелляционная жалоба Истца удовлетворена частично, так как Судом апелляционной инстанции признаны частично обоснованными доводы Истца о чрезвычайно низком размере компенсации, подлежащей взысканию с Ответчика 2, так как Судом первой инстанции при снижении данного размера не были учтены положения ст.1252, согласно которым размер компенсации не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

(Постановление Девятнадцатого Арбитражного Апелляционного Суда от 28.06.2016 по делу №А08-8111/2015 — вложение № 6).

Видео (кликните для воспроизведения).

Источник: http://regforum.ru/posts/2796_otvetstvennost_predusmotrennaya_za_narushenie_intellektualnyh_prav_obzor_arbitrazhnoy_praktiki/

Нарушение интеллектуальных прав судебная практика
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here