Возмещение убытков в банкротстве

Сегодня мы раскроем тему: "Возмещение убытков в банкротстве", полностью описав проблематику и сделав выводы. Каждый вопрос индивидуален. Поэтому есть вероятность, что вы не найдете ответ. Поэтому с любым вопросом можно обратиться к дежурному специалисту.

Экономколлегия ВС рассказала, как взыскать убытки с управляющего

Кредиторам станет легче взыскивать убытки с управляющих, а управляющим будет сложнее защищатьсятакой вывод можно сделать из определения ВС, который рассказал о правилах доказывания в подобных спорах. Он детально разобрал ошибки нижестоящих инстанций, одна из которых удовлетворила иск, а другая отклонила. Экономколлегия разъяснила, важны ли «промежуточные» судебные акты и причинно-следственная связь. Основные критерии, которые должен установить суд, носят оценочный характер, следует из определения экономколлегии.

Обжаловать подозрительные сделки банкрота – одна из важных задач арбитражных управляющих. Это позволяет вернуть в конкурсную массу незаконно выведенные активы. Если управляющий бездействует и упускает хорошую возможность для оспаривания, можно попробовать взыскать с него убытки. Что нужно доказать в подобных спорах, рассказала экономколлегия ВС в деле о № А40-154653/2015. В нем «Сбербанк», конкурсный кредитор «Агис стали», взыскивал 65 млн руб. с ее управляющих Лидии Богинской и Анны Прохоренко. Они не послушались банк в 2011–2013 годах и не стали обжаловать подозрительные сделки, по которым за полгода до банкротства компания передала 51% акций «Муромэнергомаша» третьим лицам за бесценок. Третьей управляющей стала Наталья Краснюк, которая в июле 2015 года наконец-то подала заявление об оспаривании сделок, но ей отказали, потому что срок исковой давности был уже пропущен. В 2015 году банкротство «Агис стали» было завершено, а Сбербанк подал иск о взыскании убытков.

Арбитражный суд города Москвы удовлетворил его полностью. Он согласился, что управляющие имели все сведения и возможности для того, чтобы подать перспективный иск и вернуть ликвидные акции, ведь их «Агис сталь» продала незадолго до банкротства, будучи уже в неплатежеспособном состоянии. 9-й Арбитражный апелляционный суд, наоборот, счел требования «Сбербанка» недоказанными: он не увидел причинно-следственной связи между действиями управляющих и убытками в размере, который заявил банк. АС МО согласился с апелляцией. Оба подхода отличаются формализмом, считает Виктор Глушаков из АБ “Ковалев, Рязанцев и партнеры”. По мнению адвоката, первая инстанция ограничилась стандартным предметом доказывания “Деяние – причинно-следственная связь – убытки” и при этом проигнорировала объемные доказательства защиты. Вторая и третья тоже упростили ситуацию и указали на отсутствие причинно-следственной связи, анализирует Глушаков.

Оба подхода не понравились и экономколлегии ВС. Она сочла их недостаточно мотивированными и рассказала, какие обстоятельства надо было исследовать и оценить:

1. Определить, когда управляющий узнал или должен был узнать о заключении спорных сделок

Суды не установили четко день, когда управляющие узнали о сделках и из каких именно документов. В судебных актах фигурируют разные события: передача бухгалтерской документации, запрос в депозитарий и т. д. Такая неопределенность нарушает права ответчиков, констатировала экономколлегия.

2. Установить, имели ли управляющие реальную возможность оспорить сделки

Суды должны были проверить, могли ли управляющие своевременно обжаловать подозрительные сделки. Например, у них было достаточно времени, чтобы ознакомиться со всеми необходимыми материалами конкурсного производства.

Видео (кликните для воспроизведения).

Чтобы разрешить спор, необязательны судебные акты о том, что сделки или действия управляющих уже признавались незаконными. На отсутствие таких актов указывали Богинская и Прохоренко, но ВС счел такую тактику защиты бесполезной. Отсутствие судебного акта о недействительности сделок не мешает суду оценить потенциальную судебную перспективу такого иска, отмечается в определении «второй кассации».

Кредиторам стало легче, управляющим сложнее

Верховный суд фактически снял с истца обязанность доказывать размер убытков. Если суд не видит причинно-следственной связи между действиями управляющих и ущербом в заявленном размере, он должен сам рассчитать правильную сумму, а не отказывать в иске – так экономколлегия раскритиковала постановления апелляции и кассации. В то же время ошибки допустила и первая инстанция: она взыскала убытки солидарно (а надо было устанавливать вину управляющих по отдельности) и без учета доли банка в общем реестре кредиторов. Заново рассмотреть дело с учетом замечаний «второй кассации» предстоит Арбитражному суду Москвы.


ВС облегчил задачу кредиторам и повысил риск взысканий с арбитражных управляющих, комментирует управляющий партнер независимой юргруппы «Стрижак и Партнеры» Максим Стрижак: для доказывания убытков не нужно иметь “промежуточных” судебных актов и необязательно рассчитывать их точный размер (если для этого не хватает информации). Это очередной шаг к усилению ответственности управляющих, с которых на практике редко взыскивают убытки, соглашается Глушаков. В то же время основные элементы, которые предлагает доказывать ВС, носят “в высшей степени оценочный характер”, отмечает адвокат. Например, это “наличие достаточных оснований полагать сделки недействительными” и “высокая вероятность признания сделок недействительными”. По мнению Глушакова, это может позволить заявителю легко преодолеть бремя доказывания и перекладывать его на ответчика.


Источник: http://pravo.ru/review/view/145624/

Взыскание убытков с руководителя организации-банкрота в пользу налогового органа

Василий Гавриленко,
ведущий юрист направления

«Налоги и право» Группы компаний
SRG

В начале марта Конституционный суд Российской Федерации принял постановление, изменяющее позицию судов относительно практики взыскания убытков с руководителя организации-должника в пользу налогового органа в рамках процедуры банкротства (Постановление КС РФ от 5 марта 2019 года № 14-П).

В 2009 году Арбитражный суд Республики Мордовия по заявлению налоговой инспекции признал общество «С» банкротом. 22 сентября 2009 года было открыто конкурсное производство и назначен арбитражный управляющий. Однако в результате имущества должника не хватило для выплаты вознаграждения арбитражному управляющему.

Управляющий через суд добился соответствующего возмещения от налогового органа как от заявителя по делу о банкротстве. Налоговый орган, в свою очередь, обратился в суд общей юрисдикции с иском к Н. – бывшему директору общества – о взыскании понесенных убытков.

Требования были удовлетворены, а вышестоящие суды оставили решение без изменения.

Н. не согласился с позицией судов и обратился в КС РФ с жалобой о проверке конституционности законоположений, положенных в основу судебных решений (ст. 15, п. 1 ст. 200, ст. 1064 Гражданского кодекса, подп. 14 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса, абз. 2 п. 1 ст. 9, п. 1 ст. 10, п. 3 ст. 59 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

По его мнению, оспариваемые положения неконституционны во взаимосвязи, поскольку позволяют:

  • возлагать на руководителя должника обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, если удовлетворены требования одного или нескольких кредиторов и при этом нет доказательств того, что исполнить денежные обязательства перед другими кредиторами полностью невозможно;
  • считать убытками судебные расходы и оплату услуг арбитражного управляющего, понесенные налоговым органом как заявителем, инициировавшим дело о банкротстве, а также исчислять срок исковой давности не со дня, когда лицу стало достоверно известно о нарушении своего права, а со дня, когда это лицо лишилось своего имущества;
  • предъявлять иск о взыскании убытков, понесенных налоговым органом в деле о банкротстве, с бывшего руководителя организации при нарушении им обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании этой организации банкротом.

Чтобы понять суть, а также дальнейшую перспективу развития выраженной в рассматриваемом постановлении позиции КС РФ, давайте разберем, как порядок взыскания убытков с директора компании-должника регулировался ранее, каковы актуальные на сегодняшний день положения законодательства и как в течение этого времени складывалась судебная практика.

Как было раньше

Виталий Гензель,
директор направления «Налоги и право» Группы компаний SRG

По общему правилу, руководитель организации-должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких приводит к тому, что исполнить денежные обязательства в полном объеме перед другими кредиторами становится невозможно (абз. 2 п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – закон о банкротстве).

В отношении Н. суды применили п. 1 ст. 10 закона о банкротстве еще до того, как эта статья была признана утратившей силу (Федеральный закон от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ). Согласно данному положению руководитель должника, нарушивший положения закона о банкротстве, обязан возместить убытки, причиненные в результате этого нарушения.

Если у должника отсутствуют средства, достаточные для погашения судебных расходов, а также для выплаты арбитражному управляющему вознаграждения, заявитель, инициировавший дело о банкротстве, обязан погасить их в части, не погашенной за счет имущества должника (п. 3 ст. 59 закона о банкротстве). Исключение составляют расходы на выплату суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего. А при продолжении дела о банкротстве должника выплаты, осуществленные заявителем в счет погашения указанных расходов, компенсируются в порядке удовлетворения требований кредиторов той очереди, к которой относились осуществленные выплаты.

Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 1 июля 2017 года, производится по новым правилам закона о банкротстве. Однако в настоящее время суды продолжают рассматривать споры, связанные с заявлениями, поданными еще до названой даты.

Характерным примером судебной практики по данному спору может служить дело в отношении генерального директора М. с аналогичной фабулой (постановление Арбитражного суда Московского округа от 14 марта 2018 г. по делу № А41-102264/17).

В рамках данного дела суд первой инстанции взыскал с руководителя должника в пользу налогового органа убытки, составляющие расходы на оплату услуг арбитражного управляющего. Вышестоящие суды согласились с доводами решения и оставили его в силе.

Как впоследствии заключил Верховный Суд Российской Федерации, руководитель должника, не имея возможности погасить задолженность организации перед бюджетом, не обратился в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника, что привело к возникновению убытков на стороне налоговой инспекции (Определение ВС РФ от 4 февраля 2019 г. № 305-ЭС18-24307).

При этом стоит отметить, что положительная практика утвердилась только при взыскании убытков в пользу налоговой службы. Если заявителем является юридическое лицо, суды нередко отказывают в возмещении убытков (определение Арбитражного суда Тюменской области от 24 декабря 2015 г. по делу № А70-2002/2011). ВС РФ указал, что сам по себе факт признания действий руководителя недобросовестными не свидетельствует о совершении им действий и принятии решений, повлекших неплатежеспособность должника и возбуждение процедуры банкротства по заявлению общества (Определение ВС РФ от 6 декабря 2016 г. № 304-ЭС15-9172).

По данным судебным актам можно проследить, как меняется вектор судебного мнения в зависимости от статуса заявителя.

Как регулируется в настоящее время

В настоящее время суть положений п. 1 ст. 10 закона о банкротстве изложена в ст. 61.13 этого же закона, которая содержит аналогичную позицию.

Так, руководитель должника, нарушивший положения закона о банкротстве, по-прежнему обязан возмещать убытки, причиненные в результате такого нарушения (п. 1 ст. 61.13 закона о банкротстве).

Таким образом, рассматриваемая позиция КС РФ должна будет учитываться и по делам, рассматриваемым по нормам закона о банкротстве в новой, актуальной редакции.

Суть позиции КС РФ

КС РФ постановил пересмотреть правоприменительные решения, принятые по делу гражданина Н. Суд указал, что защита имущественных прав, включая права требования, должна осуществляться с учетом баланса интересов всех участников: собственников, кредиторов и должников.

Меры, предусмотренные законом о банкротстве и ГК РФ, приняты для предотвращения банкротства и восстановления платежеспособности должника, а при признании должника банкротом – для обеспечения интересов кредиторов. Существующая обязанность руководителя должника подать заявление о банкротстве в арбитражный суд направлена на защиту интересов кредиторов, и сама по себе не может нарушать конституционные права граждан.

Расходы на проведение процедур в деле о банкротстве и на выплату арбитражному управляющему вознаграждения возмещаются за счет имущества должника. Однако, уточнил КС РФ, если этого имущества недостаточно или его нет, затраты обязан погасить заявитель (в том числе уполномоченный орган, и тогда траты возлагаются на бюджет РФ).

Следовательно, кредитор изначально должен обоснованно рассчитывать на экономический успех, поскольку возможность взыскать средства с руководителя организации не может стимулировать запуск процедуры банкротства.

Более того, факт замещения должности руководителя должника не свидетельствует о его виновности, а возникновение у уполномоченного органа расходов не должно автоматически признаваться следствием действий этого руководителя.

При этом уполномоченный орган также вправе не подавать заявление о банкротстве, если это повлечет лишь напрасные расходы. Процесс банкротства должника не должен возбуждаться лишь формально.

Прежде чем подать заявление о банкротстве, заявитель, суд и арбитражный управляющий должны произвести оценку имущества должника для покрытия расходов. Эти действия призваны исключить возникновение убытков, в том числе и из бюджета РФ.

Соответственно, возложение таких убытков в полном объеме только на руководителя должника не отвечает критериям справедливости и соразмерности.

Без исследования всех обстоятельств и ненадлежащих действий других лиц невозможно однозначно установить, что убытки у уполномоченного органа связаны лишь с противоправным поведением руководителя. Иное истолкование оспариваемых норм не согласуется с Конституцией РФ и потому невозможно.

Таким образом, КС РФ установил для заявителя, в том числе налогового органа, требования разумности и осмотрительности при подаче заявления о признании должника банкротом. Это говорит о подтверждении равенства правового статуса обычного заявителя и налоговой службы, а также о дополнительной защите контролирующего лица должника при нехватке конкурсной массы для возмещения расходов при проведении процедуры банкротства.

Что может измениться

На наш взгляд, данная позиция КС РФ носит позитивный характер и должна изменить практику применения норм законодательства о возмещении убытков и привлечению к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника в следующих направлениях:

  • повысить качество досудебного анализа имущественного состояния должника;
  • снизить количество подаваемых заявлений о банкротстве со стороны налоговых органов;
  • изменить судебную практику по вопросу возмещения убытков при недостаточности конкурсной массы должника.

Источник: http://www.garant.ru/ia/opinion/author/gavrilenko/1265584/

Взыскание убытков с руководителей компаний-банкротов

В последнее время при рассмотрении процедур банкротства суды все чаще удовлетворяют требования о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих компанию-должника. Однако кредиторам важнее исполнение подобных решений, так как зачастую привлеченный к ответственности руководитель или собственник организации-банкрота оказывается не способен погасить причиненный ущерб. Что же предпринять, чтобы вернуть взысканные судом средства в конкурсную массу?

Статистика привлечения к субсидиарной ответственности

Как следует из статистики, публикуемой в «Федресурсе», за прошедшие три квартала 2019 года число банкротств в корпоративном секторе снизилось. Хотя в целом число банкротств компаний сохраняется на стабильно высоком уровне: в январе — сентябре 2019 года суды признали банкротами на 5,7% компаний меньше, чем за тот же период 2018 года.

Уменьшение количества заявлений о банкротстве может быть связано с несколькими факторами:

— банкротство перестает быть универсальным инструментом для освобождения от долгов;

— новые механизмы оспаривания сделок и привлечения контролирующих лиц к ответственности делают сокрытие активов все более сложной задачей;

— возросшая ответственность руководителей и собственников компаний увеличивает привлекательность банкротства для кредиторов, использующих банкротные механизмы в целях возврата долга.

Кроме этого, по итогам третьего квартала 2019 года сохраняется тенденция к росту количества споров в рамках гл. III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о привлечении к субсидиарной ответственности, а также к росту размера такой ответственности.

Так, в 2018 году было удовлетворено 32% требований о привлечении к ответственности 2125 лиц, с которых взыскали в общей сложности 330,3 млрд руб. В 2019 году число привлеченных к ответственности уже оказалось существенно выше того же периода 2018 года, и по итогам года будет установлен новый рекорд как по количеству заявлений, так и по совокупной сумме ответственности.

Проблема исполнения решений

В официальных источниках достаточно проблематично найти статистику по размеру действительно взысканных в пользу кредиторов убытков. Большинство из них публикуют лишь информацию о размере субсидиарной ответственности, к которой были привлечены лица.

Однако отчет о результатах деятельности ГК «АСВ» 2018 года содержит информацию о том, что в результате судебной работы и взыскания по исполнительному производству объем поступлений в конкурсную массу с должников составил только 10,1 млрд руб., что составляет около 10% как от общей суммы поступлений средств в конкурсную массу (93,6 млрд. руб.), так и от общей суммы взысканных в судебном порядке имущественных убытков (88,2 млрд руб.).

Федеральная налоговая служба в различных публикациях также сообщает о низком уровне поступлений средств в бюджет. При этом нужно учитывать тот факт, что ФНС — это «сильнейший» кредитор, имеющий доступ к огромным массивам информации, ресурсам и пользующийся расположением судей.

Учитывая вышеизложенное, возникает вопрос: насколько вообще эффективны механизмы привлечения руководителей к ответственности, если кроме исполнительного листа на огромную сумму кредиторы обычно не получают ничего?

Причины низкого уровня взыскания убытков

В первую очередь, сложность реального взыскания субсидиарной ответственности связана с длительностью процесса рассмотрения споров по Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)». При самых удачных раскладах, когда на каждом из этапов мы не сталкиваемся с активным противодействием и затягиванием процесса, необходимо пройти следующие шаги:

— получение судебного акта о взыскании задолженности — 3-4 месяца;

Видео (кликните для воспроизведения).

— подача и рассмотрение заявления о признании должника банкротом — 3-4 месяца;

— процедура наблюдения — 6 месяцев;

— процедура конкурсного производства — 6-12 месяцев;

— подача и рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности — 4-6 месяцев.

При этом, если заинтересованное лицо на каждом из этапов будет проявлять максимум активности, то с учетом всех возможных обжалований ориентировочные 2 года легко могут превратиться в 4.

Предположим, что мы успешно прошли все предыдущие шаги и удалось привлечь контролирующее лицо к ответственности, на руках имеется соответствующее решение и исполнительный лист. Следующим этапом необходимо выбрать способ распоряжения субсидиарной ответственностью.

Возможные пути решения

Один из возможных вариантов — реализация такой задолженности на торгах. Однако подобный метод в большинстве случаев оказывается неэффективным, так как к моменту проведения торгов у привлеченного лица уже отсутствуют какие-либо активы и денежные средства, а средний дисконт по таким требованиям составляет 98%.

Оптимальный выбор для кредитора в таком случае — пропорциональное получение части требований к контролирующему лицу и дальнейшая инициация процедуры его банкротства в целях поиска активов и оспаривания сделок, направленных на вывод имущества.

При таком сценарии совокупная продолжительность процесса взыскания составляет при самом оптимистичном прогнозе еще 12–15 месяцев. Очевидно, что имея в запасе более 3 лет, контролирующее лицо обладает всеми возможностями для того, чтобы к моменту взыскания с него средств не иметь вообще никаких активов, подлежащих взысканию.

Таким образом, основная проблема, снижающая результативность механизмов привлечения к субсидиарной ответственности, — это количество необходимых действий и растянутые процессуальные сроки. Едва ли не единственной возможностью взыскать причиненные убытки остается инициация процедуры банкротства контролирующих компанию-должника лиц и оспаривание сделок, совершенных с целью вывода личных активов.

Источник: http://pravo.rg.ru/rubrics/question/12910/

Статья 61.20. Взыскание убытков при банкротстве

ГАРАНТ:

Положения статьи 61.20 (в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 г. N 266-ФЗ) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 г.

Статья 61.20. Взыскание убытков при банкротстве

ГАРАНТ:

См. комментарии к статье 61.20 настоящего Федерального закона

1. В случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

2. Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

3. Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, также может быть предъявлено:

1) уполномоченными органами, обратившимися с заявлением о банкротстве должника, в случае возврата арбитражным судом заявления о признании должника банкротом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве;

2) конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

4. В случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

5. Заявление о взыскании в свою пользу убытков, поданное в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, возвратившим заявление о признании должника банкротом или прекратившим производство по делу о банкротстве.

6. Привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 — 61.13 настоящего Федерального закона, не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Источник: http://base.garant.ru/185181/a048ed51ee1e5967e8ccb79f1b30d12a/

Статья 61.20. Взыскание убытков при банкротстве

Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (127-ФЗ)

  • проверено сегодня
  • закон от 08.01.2020
  • вступила в силу 30.07.2017

Ст. Закон о банкротстве в последней действующей редакции от 30 июля 2017 года.

Новые не вступившие в силу редакции статьи отсутствуют.

Глава III.2. Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве

Статья 61.20. Взыскание убытков при банкротстве

1. В случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причинённых ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

2. Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

3. Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, также может быть предъявлено:

  • 1) уполномоченными органами, обратившимися с заявлением о банкротстве должника, в случае возврата арбитражным судом заявления о признании должника банкротом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве;
  • 2) конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

4. В случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причинённых по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

5. Заявление о взыскании в свою пользу убытков, поданное в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, возвратившим заявление о признании должника банкротом или прекратившим производство по делу о банкротстве.

6. Привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 — 61.13 настоящего Федерального закона, не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Источник: http://dogovor-urist.ru/m/%D0%B7%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%8B/%D0%B7%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BD_%D0%BE_%D0%B1%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D1%80%D0%BE%D1%82%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5/%D1%81%D1%82_61_20/

Возмещение убытков в банкротстве

Благодарим за подписку

На указанный вами адрес
отправлено письмо для подтверждения.

Пожалуйста, пройдите по ссылке
в письме и активируйте подписку.

Взыскать убытки в российских судах сложно. Но убытки, причиненные контролирующими лицами в банкротстве, доказать гораздо легче. Ведь в практике действует негласная презумпция их вины. В одном деле с трех контролирующих взыскали 500 млн руб. после того, как аренду банкрота признали недействительной из-за нерыночной цены. Но Верховный суд решил, что дело надо пересмотреть заново. В своем определении он подробно разобрал ошибки нижестоящих инстанций.

Явно убыточный для компании-банкрота договор можно признать недействительным через суд. При этом закон дает возможность взыскать убытки с тех лиц, которые определяли действия должника и приняли решение заключить такой договор. Что для этого нужно доказать – разъяснил Верховный суд в деле о несостоятельности «Клиники-М» № А40-51687/2012. В нем учредители банкрота Вадим Ворст, Владимир Деревенец, Алексей Попов (по 10%) и кредитор ЗАО «Клиника» судились с лицами, которые имели контроль над должником. До банкротства это были участники Юлия Мельникова и Михаил Ботвинников (по 20%, в сумме – контролирующий пакет), а в ходе банкротства – мажоритарный залоговый кредитор «Гранд-Строй» в лице ликвидатора Александра Климова. Ворст, Деревенец, Попов и ЗАО «Клиника» предъявили к Мельниковой, Ботвинникову и Климову требования на 501,4 млн руб. убытков солидарно.

Как указали истцы, под влиянием ответчиков «Клиника-М» заключила невыгодную сделку, уже когда была банкротом – она сдала 8 755,40 кв.м помещений медицинского центра на Мичуринском проспекте в Москве всего за 60 000 руб. в месяц. Арендатором было «УМХЦ», аффилированное с Ботвинниковым и Мельниковой. В 2018 году суд признал эту сделку недействительной, а следом истцы отправились взыскивать убытки. Три инстанции удовлетворили требования. Они подтвердили, что ответчики – это группа заинтересованных лиц, которые имеют фактическую возможность определять действия должника. Они решили сдать здание медцентра в аренду по заниженной цене, хотя могли установить рыночную цену и получать прибыль, из которой — погашать долги. Три инстанции учли также подтвержденный факт контроля со стороны ответчиков и аффилированность.

Сдали за бесценок, но без убытка

Но экономколлегия не смогла согласиться с таким исходом спора. Она решила, что решения нижестоящих инстанций основаны на предположении: раз аренду признали недействительной по мотиву неравноценности, это значит, что должник понес убытки. Поэтому они по ошибке ограничили исследование дела лишь одним вопросом – кто получил выгоду от спорной сделки.

Между тем, неравноценность сделки сама по себе еще не значит, что заключившие ее лица обязаны возместить убытки, указал Верховный суд. Он отдельно обратил внимание на разные стандарты доказывания. Чтобы признать недействительной сделку по специальным основаниям, достаточно просто «перевеса доказательств» («баланс вероятностей»). Гораздо сложнее взыскать убытки с лиц, которые имеют фактическую возможность определять действия юридического лица – для этого нужны «ясные и убедительные доказательства».

Нельзя предположить, что большой медцентр в Москве можно сдавать за 60 000 руб. в месяц, это даже выглядит подозрительно, а независимый участник оборота вряд ли сможет найти такое предложение, рассудила тройка судей под председательством Ирины Букиной. В то же время ответчики говорили, что здание медцентра нельзя было использовать для медицинских услуг: не было смонтировано медицинское оборудование, не было разрешительной документации. А после того как отношения с УМХЦ прекратились, желающих занять его место не нашлось, утверждали ответчики. Нижестоящие суды оставили эти аргументы без оценки. По мнению ВС, надо было узнать, прикрывал ли недействительный договор настоящую аренду. Второй вариант – аренда была невозможна, а здание просто передали аффилированным лицам, чтобы обеспечить его сохранность и уменьшить текущие расходы.

Сдать большой медцентр в Москве за 60 00 руб. — это выглядит подозрительно. Но это необязательно значит злоупотребления.

Кроме того, суды упустили из виду, что обычное использование имущества банкрота ограничено. Подразумевается, что его будут готовить к торгам. Поэтому нужно было определить, можно ли было вообще сдавать центр в аренду «в условиях неопределенности его дальнейшей юридической судьбы», то есть искать арендатора на объект, который мог отойти другому собственнику, говорится в определении экономколлегии.

Она также разобрала внутренние противоречия в решениях нижестоящих инстанций. Так, в деле о банкротстве имелись конкурирующие судебные акты. В одном говорилось, что «возможность получения прибыли от здания не подтверждена», в другом – что «нет доказательств ущерба». С такими наставлениями ВС отправил спор на пересмотр в Арбитражный суд Москвы, которому предстоит исправить ошибки.

Определение ВС ценно тем, что распространяет повышенный стандарт доказывания убытков на банкротную сферу.

Партнер КА Юков и партнеры Светлана Тарнопольская

По словам Тарнопольской, взыскание убытков в российской практике – дело непростое, но в банкротстве все иначе: «Суды легко взыскивают убытки, причиненные действиями контролирующих лиц». По сути, здесь в их отношении в конкурсном праве действует негласная презумпция вины, объясняет эксперт. Именно с ней борется в этом деле Верховный суд, который указывает: самого факта контроля недостаточно, надо доказывать убытки по общему (повышенному) стандарту.

Кроме того, определение ВС интересно тем, что детально исследует фактические обстоятельства дела и выходит далеко за рамки формальной оценки правильности применения норм, отмечает Тарнопольская.

Источник: http://defence-line.ru/news/verhovnyy-sud-zadal-standart-vzyskaniya-ubytkov-v-bankrotstve

ВС сформулировал правила взыскания убытков с арбитражных управляющих

Москва. 2 ноября. INTERFAX.RU — Желание Сбербанка наказать арбитражных управляющих за оставшиеся в силе сомнительные сделки дало возможность Верховному суду сказать новое слово в толковании законодательства о банкротстве. Он дал подробные указания, как следует рассматривать дела об убытках, причиненных управляющими.

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ опубликовала мотивы своего решения по делу «Сбербанк против арбитражных управляющих Богинской и Прохоренко». «Хочется просто поаплодировать Верховному суду за это определение», — заявил «Интерфаксу» старший юрист BGP Litigation Илья Сорокин. По его словам, ВС затронул в этом документе много нюансов правоприменения: и исчисление сроков исковой давности, и обоснование размера убытков, и распределение ответственности за совместно причиненный вред, и преюдициальную силу судебных актов по обособленным смежным делам, и механизм удовлетворения требований конкурсных кредиторов, и правила распределения денежных средств.

«Это дело отражает текущий подход ВС РФ к детальному рассмотрению споров с участием арбитражных управляющих. Он как бы намекает судам первых трех инстанций, что пора прекратить заниматься судейской профанацией и вспомнить о реальных задачах судопроизводства», — говорит И.Сорокин. Мнение о большом значении этого дела для судебной практики разделяет адвокат инвестиционной компании А1 Кирилл Ермоленко. «Нечасто встречаются ситуации, когда ВС подвергает критике все судебные акты нижестоящих инстанций. Теперь предстоит начать дело фактически с чистого листа, но уже с учетом подробных указаний», — сказал он «Интерфаксу».

Распределение взысканного

Ключевой проблемой в рамках этого спора, по мнению старшего юриста адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Юлии Бобровой, является определение того, в чью пользу взыскиваются убытки. Сбербанк требовал себе с конкурсных управляющих ООО «Агис Сталь» Лидии Богинской и Анны Прохоренко солидарно 65 млн рублей из-за того, что они своевременно не оспорили продажу 51% акций ЗАО «Муромэнергомаш». Эта сделка была сомнительной: пакет ушел за 4,54 млн рублей, хотя ООО «ФинЭкспертиза-Оценка» оценивало его стоимость в 1,127 млрд рублей (следующий конкурсный управляющий все-таки опротестовал ее, но ему отказали из-за пропуска исковой давности — ИФ).

Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск, но судьи ВС указали, что тут первая инстанция поступила неверно. «Взыскав в пользу банка убытки без учета его доли в общей сумме требований кредиторов третьей очереди, суд неправильно применил нормы права», — говорится в определении.

Сбербанк не мог получить всю сумму убытков, следует из определения, а только часть, соответствующую его доле в общем размере долга. Расчеты с кредиторами производятся исходя из принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований, отмечает руководитель юридического отдела юридического бюро «Падва и Эпштейн» Татьяна Манакова. Об этом говорится в обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2017), напоминает она.

У судов было два варианта действий. «Взыскать всю сумму убытков в пользу должника, и тогда поступившая в конкурсную массу сумма была бы распределена пропорционально между всеми кредиторами действующим конкурсным управляющим, или же, в случае взыскания убытков в пользу конкурсного кредитора-заявителя, суд должен был самостоятельно определить размер суммы убытков такого кредитора, исходя из соотношения размера его требования по отношению к реестру кредиторов», — сказала Ю.Боброва.

Активная роль суда

Принятое в пользу Сбербанка решение не устояло в вышестоящих инстанциях. Девятый арбитражный апелляционный суд не увидел причинно-следственной связи между действиями управляющих и фактом причинения убытков в заявленном размере. Арбитражный суд Московского округа согласился с апелляцией.

Здесь апелляция и кассация допустили ошибку, следует из определения ВС. «Закон не позволяет суду отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности», — говорится в документе. В этом случае суд обязан определить размер подлежащих возмещению убытков с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности, указали судьи ВС.

Суды часто отказывают в удовлетворении претензий к арбитражным управляющим в полном объеме из-за сложности доказывания размера убытков, констатирует управляющий партнер адвокатского бюро «Деловой фарватер» Роман Терехин. «Возможно, данное разъяснение станет причиной сокращения процента отказов на данном основании», — предполагает он.

Суд и вероятность

То, что спорные сделки не были признаны недействительными, не является препятствием для рассмотрения вопроса об убытках, следует из определения ВС. В нем говорится, что надо было «установить вероятность признания спорных сделок недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, который подлежал бы возвращению в конкурсную массу». К.Ермоленко называет это положение документа «наиболее примечательным».

Тезис о том, что отсутствие судебного акта [о недействительности сделок — ИФ] не препятствует судам оценивать вероятностные судебные перспективы, является относительно новым в практике оценки правомерности действий арбитражных управляющих, отмечает И.Сорокин. Ранее, по его словам, такой подход встречался не так часто и преимущественно в судах первой и апелляционной инстанций.

Источник: http://www.interfax.ru/business/585944

Возмещение убытков в банкротстве
Оценка 5 проголосовавших: 1
Читайте так же:  Как расторгнуть мировое соглашение утвержденное судом